Угрюмые глаза наших детей

…Лучшие и прочнейшие изменения суть те, которые происходят от улучшения нравов, без всяких насильственных потрясений…
Т. Карлейль
Не приведи Бог видеть русский бунт, бессмысленный и беспощадный.
А. С. Пушкин, «Капитанская дочка»

Из-за отсутствия чётких и ясных ориентиров впереди, от непредсказуемости своего будущего у современной молодёжи сложилась одна общая черта – некая, присущая почти всем молодым людям без исключения, угрюмая печаль. Застывшая в их взорах, будто они знают, испытали уже что-то такое, чего мы не знали и не испытывали в свои двадцать лет, лишённые непосильной для молодых плеч неопределённости своего будущего.

Признаюсь, давненько я уже не слышал беззаботного, жизнерадостного смеха нашего сына, «без пяти минут» выпускника иркутского классического университета…
Впрочем, и товарищей его весельчаками не назовёшь…
Хотя, почти все они ребята, как говорится, из благополучных семей. И не какие-нибудь там болезные, а обычные, физически крепкие и, слава Богу, нормальные, во всех отношениях, молодые люди. Из приходящих к нам в дом однокурсников и просто приятелей сына – только один или два человека курят. Пьют, да и то довольно редко, в основном, только пиво.

Чего, казалось бы, ещё желать родителям таких ребят? Тем более что подавляющее большинство из них учится в том или ином вузе. Где-то процентов восемьдесят, правда, занимаются на коммерческой основе. То есть не им, как в своё время нам, платят стипендию, а родители платят за учёбу своих чад. Причём, учёбу порой весьма халтурную, не дающую ни настоящих знаний, ни практических навыков. Ибо всевозможных «Академий», «Университетов» различного профиля (обычного института уже нигде не встретишь) развелось, что бездомных собак. Подобный тип «высшей школы», увы, характерная примета нашего времени.

Вторая же примета его состоит в том, что к учёбе нынешняя молодёжь относится, несмотря ни на что, весьма серьёзно. Теперешние студенты привилегий советского времени лишены. И их серьёзное отношение к занятиям – это, прежде всего, желание, может быть даже не всегда до конца осознанное, опередить своих сверстников – потенциальных конкурентов, в знаниях, чтобы со временем получить более престижное место в жизни, которое бы могло им обеспечить сносную жизнь в наше очень непростое время.
В связи с этим я назвал бы современную молодёжь честолюбивыми реалистами.
С одной стороны, с юношеским максимализмом (чтобы и квартира своя была, и деньги до  зарплаты не занимать) они мечтают хорошо, и даже очень хорошо, устроиться в жизни и по возможности преуспеть в ней, даже если для этого надо будет много и тяжело трудиться. А с другой стороны, они понимают, что шансов на подобную удачу у них, простых, не «элитных» детей, когда очень многое вершится по знакомству, не так уж и много.
Из-за отсутствия чётких и ясных ориентиров впереди, от непредсказуемости своего будущего, у современных ребят сложилась одна общая черта. Некая, присущая почти всем молодым людям без исключения: грусть, печаль, угрюмость, словно застывшая в их взорах. Будто они знают, испытали уже нечто такое, чего мы не знали и не испытывали в свои двадцать с небольшим лет, лишённые нынешней непосильной для юных плеч неопределённости своего будущего.